ВЕХИ ИСТОРИИ


ВЕХИ ИСТОРИИ

Первых карбамидчиков ждали тяжелые будни

По случаю ввода в строй агрегата и получения первого килограмма салаватского карбамида в начале 60-х в цехе № 1 состоялся митинг. На нем выступил инициатор идеи – начальник комбината Иван Афанасьевич Березовский. Поблагодарив всех, кто участвовал в освоении производства, он отметил: «Недалеко то время, когда с нашего комбината потоком пойдут на поля Башкирии и других регионов тысячи тонн минеральных удобрений. Скептики, которые не верили в нашу идею, называвшие нас пустыми мечтателями, провалились».

Необоснованные планы

Однако создание столь сложного химического производства шло трудно. Хотя первая нитка карбамида уже работала, продолжалось строительство вспомогательных объектов. Как следует из архивных материалов за 1963 год, «для завершения строительства цеха отечественного карбамида необходимо выдать проектную документацию на узел выделения мочевины. Имеющийся обеспечивает только переработку 140 тысяч тонн в год, на остальные 70 тысяч необходимо запроектировать вторую грануляционную башню. К разработке этого проекта конструкторское бюро комбината еще не приступало».

В 1963 году было выработано 36 162 тонны карбамида, или 42,5 % от плана. Дело в том, что он был намечен из расчета, что вторая нитка будет пущена во втором квартале 1962 года, а остальные в 1963 году. Однако ввод второй нитки задержался больше чем на квартал. Третья была закончена в марте 1964 года. Остальные вводились фактически в первом полугодии 1965 года. Иначе говоря, при составлении планов проявля- лась спешка, необоснованное желание поскорее достичь проектной мощности.

 

«Добро» от коллектива

Пытаясь выполнить план и нарастить мощности, руководство цеха № 1 решило обстоятельно разобраться в делах производства и его перспективах. Летом 1965 года собрали весь коллектив, пригласили на него начальника комбината Осипенко. Все надеялись услышать мнение руководителя о дальнейшей судьбе первенца минеральных удобрений.

Участники того собрания вспоминают, что красный уголок был заполнен до отказа. Никакого регламента не было. Выступал каждый желающий. Люди говорили с горечью и болью. Ни у кого не было уверенности в за- втрашнем дне. «Это не цех, а крематорий», «Здесь можно работать только подневольно», – слышались нелестные сравнения. Обстановка накалялась. Леонид Иокинфович, слушая заводчан, прохаживался мимо кресел. Когда настала тишина, он вдруг со всей своей прямотой и жесткостью сказал: «Что же, давайте закроем цех!» Выдержав паузу, обратился: «А может, есть патриоты?» Кто-то несмело произнес: «Есть». К нему присоединились второй, третий. Ситуация переломилась…

Михаил Нестеров,
бывший начальник электроцеха
производства минеральных удобрений:


– Заслуга первого салаватского карбамида в том, что работники сельского хозяйства на деле познакомились с минеральными удобрениями. В те годы произошел такой интересный случай. Как-то к начальнику цеха № 1 приехали председатель колхоза и агроном из далекого Узбекистана. Они просили продать им партию карбамида, причем любого, даже с отклонениями от ГОСТа. Объяснив им, что продажа осуществляется только после разрешения руководства комбината, хозяин кабинета поинтересовался, чем вызвано столь горячее стремление приобрести карбамид. Те ответили, что без удобрений не хотят работать. Сначала на гектар хлопка внесли одно количество удобрений – сожгли посев, затем в два раза меньше – опять сожгли. Еще наполовину меньше – на глазах растет!

 

Тюгаев помог навести порядок

Приказом начальника комбината была создана комиссия из представителей всех служб. Она должна была в течение десяти дней изучить проблему и приготовить предложения по улучшению работы цеха № 1.

После тщательного анализа в управлении комбината были разработаны конкретные мероприятия. Последовательно менялись отдельное оборудование, арматура, трубопроводы, насосы. Взамен неперспективных кристаллизаторов и неприспособленной квадратной башни сооружена новая круглая железобетонная башня с грануляторами. Были установлены карбоматные насосы высокого давления из Германии взамен чехословацких фирмы «Сигма». Большое значение придавалось и человеческому фактору. Для стимулирования труда персонала цеха были выделены значительные суммы из фонда материального поощрения для премирования. Величина премии была поставлена в прямую зависимость от устойчивой безаварийной работы. Наряду с проведением технических мероприятий руководство комбината укрепило цех кадрами. Брошенный на отстающее производство и наделенный большими полномочиями начальник пусконаладочного цеха Прокофий Тюгаев начинает с организационных мер, нажимает на дисциплину, организованность и порядок. Уже в 1969 году производство карбамида становится самым крупным в стране и производит пятую часть от объема выпускаемого карбамида в Советском Союзе.

Карбамидный «кремль»

В прошлые годы цех № 1 особенно лихорадила неустойчивая работа гранбашни. Вопрос оказался настолько серьезным, что не прошел мимо внимания руководителя комбината. Леонид Иокинфович Осипенко умел аккумулировать чужой опыт, не гнушался искать его у людей любого ранга. Благодаря этому минимальными средствами достигал больших результатов.

– Однажды Осипенко после оперативки срочно вызвал начальника цеха реагентов, – рассказывает ветеран компании Анатолий Саломатин. – В гран- башне цеха № 1 вырос так называемый кремль – конус окаменевшего карбамида. Для его ликвидации следовало остановить производство. Леонид Иокинфович спросил, не возьмутся ли работники цеха реагентов устранить его, не останавливая гранбашни. Начальник цеха с подчиненными ос- мотрели «кремль», пришли к заключению, что задача решаема.

Главная сложность была в том, что в башне постоянно капал карбамид сверху, который, попав на кожу, мог вызвать ожог. Необходима была прорезиненная спецодежда. Осипенко, узнав об этом, помог в обеспечении одеждой, круглосуточного питания, развозе людей и аккордной оплате..